Facepalm

[progenes]

Днями стучат мне друзья в личку, дескать, идут в телевизор о ГМО дискутировать. Ну-ну, - подумала я, но, откровенного говоря, теплилась еще надежда, что может быть чего донесут, если успеют.

Встречайте, все тяжеловесы в одном месте - Стерлигов, Ермакова, Баранов, Шаройкина, призрак Энгдаля и другая глюкоза под предводительством Аркадия Мамонтова. С другой стороны парочка ботаников вроде stanpolozov (ботаник в даном случае это любовно коллегиально. Со Стасом мы заканчивали один факультет, и, если я не ошибаюсь, одну кафедру).   Вялые попытки аргументировать что-то о ГМО захлебывались в цунами. По откликам участников, их реплики серьезно порезали.

Откровенно говоря, это настолько жутко, что лично я бы не стала вступать в дискуссию вообще. Это как бы я пришла поиграть в шахматы, а оппоненты дискуссионные поджидают с бейсбольными битами. Тут не исправить уже ничего, Господь, жги!

В это же время в Европе нарастает давление на токсикологический журнальчег с требованием ретракшн работы Сералини. Ну так, чтоб совсем и наверняка. В Хайдельбергском университете теоретических исследований препарируют научный журнализм на примере освещения истории Сералини. К сожалению, на немецком, но очень интересно о грехах научных журналистов и за гонкой за тиражами. Есть серьезные проблемы, ищут пути решений.

Comments

[flavorchemist.livejournal.com]

Если все время делать только то, к чему готово это гребаное общество, то в лучшем случае остались бы без печатного пресса и телескопа. В худшем - без общества

[igor-schwab.livejournal.com]

нет, тут какая-то более глубокая проблема. Если совсем средневековые времена рассматривать, то тогда общество осознанно не могло воспринять вовсе никакой аргументации. Вращается ли земля вокруг солнца или солце вокруг земли - среднему крестьянинину и даже буржуа это было совершенно иррелевантно. Речь шла исключетолько в рамках споров в ученом сообществе, которые, хоть и не быстро, но могли и привели к истине.

Потом, уже в 20-м веке, большинство тем хоть и не стало более релевантным для масс, но получило широкую поддержку, ввиду того, что усехи науки в улучшении жизни были очевидны.

Теперь же какая-то стагнация. Вроде бы, и людей образованных преобладающее число (теоретически должно быть), но дальше никто не хочет верить в науку. Видимо, с жиру. Жизнь уже достаточно хороша, качественно улучшить ей получится уже врядли (как это было в своё время с механизацией сельского хозяйства, изобретением антибиотиков...)

[flavorchemist.livejournal.com]

Ну как это не получится? Очень даже получится. Есть еще миллионы болезней. Можно работать над продолжительностью этой жизни. Можно работать над тем, чтобы работать меньше, как это прискорбно не звучало. Есть космос. Это кажется, что улучшать некуда. Наверно, так же думали британцы 150 лет назад. Или Цезарь. Или какой-нибудь шаман, научившийся хранить огонь.

Потом, надо ведь понимать, что так хорошо как нам - очень немногим.

[igor-schwab.livejournal.com]

вы меня не совсем верно поняли. Я имею в виду обывательскую позицию. Обыватель в тридцатых годах не мог не верить в науку, потому что на его веку абсолютно смертельные болезни вдруг стали излечиваться совершенно просто. А сегодня поди докажи обывателю, что полёт на Марс (условно) продвинет нас на полшага к решению проблем старения. Или попробуй доказать мамаше необходимость прививок, если она и знать не знает, что такое оспа.

Понятное дело, что прогресс и его перспективы не только не уменьшились, а увеличились, но доказать и показать их убедительно для обывателя всё сложнее.

[flavorchemist.livejournal.com]

Сорри))

Обывателю действительно трудно что-то доказать. Особенно с учетом того, что со школьного времени обывателя многие вещи изменились слишком сильно, до абсолютного непонимания